Купец Мошнин

В Калуге был купец Мошнин, нет, именитый гражданин. Торговлю отправлял он многие уж годы, не знал, что есть наклад, а только богател. Чего он не имел? Суконны фабрики, чугунные заводы, с которых получал великие доходы; деревни сыновьям с чинами покупал, и всякий перед ним поклоны в пояс клал. Все деньги у него, как в банке, занимали. Однако же они в долгах не пропадали; прикащики его отнюдь не воровали; возьмёт ли откуп иль подряд, наверное найдёт тут клад! За то его и называли в Калуге колдуном. Жил очень хорошо, как чаша, полон дом! Держал открытый стол, давал пиры и балы; обедать ездили к нему и генералы. Приятель Мошнину купец был Бородин. Вот как-то, подгуляв, один с ним на один, тот искренне ему признался, что счастию его в торговле удивлялся. Мошнин расхохотался и наконец сказал: «Послушай, брат Семён, всегда тот счастлив, кто умён. Знай, я, не испытавши броду, не суюсь в воду: есть разум у меня, и оттого богат; убытков не несу, зато я осторожен!»

Лет через шесть попал наш умник в магистрат — не в члены, а в тюрьму! За что ж? был много должен; остался только лишь на нём кафтан один, и он почти мирским питался подаяньем. В то время с ярманки приехал Бородин; идёт к нему и с состраданьем, с слезами говорит: «Что сделалось с тобой!» «Судьба!» — тот отвечал. А вот какой судьбой Мошнин-бедняжка разорился: при откупах погорячился и всех соперников своих он победил, да после миллион за это заплатил. Должник его себя тут объявил банкрутом; прикащик сделался из честного вдруг плутом; один сынок деревню промотал; другой сто тысяч проиграл, а кажется, он их как должно воспитал! К тому ж за молодой второй своей женою заводы укрепил, хоть в ней нашёл врага и получил ещё на старости рога. Судьба! Судьба всему виною! Вот так-то в счастии гордимся мы умом; в несчастии вину всю на судьбу кладём.