История

Столица роскоши, искусства и наук пред мужеством и силой пала; но хитрым мастерством художнических рук ещё она блистала и победителя взор дикий поражала. Он с изумлением глядит на истукан с такою надписью: «Блюстителю граждан, отцу отечества, утехе смертных рода от благодарного народа». Царь-варвар тронут был столь новой для него и благородной данью; влеком к невольному вниманью, в молчаньи долго глаз он с лика не сводил. «Хочу, — сказал потом, — узнать его деянья». И вмиг толмач его, разгнув бытописанья, читает вслух: «Сей царь, бич подданных своих, родился к гибели и посрамленью их: под скипетром его железным закон безмолвствовал, дух доблести упал, достойный гражданин считался бесполезным, а раб коварством путь к господству пролагал». В таком-то образе Историей правдивой потомству предан был отечества отец. «Чему же верить мне?» — воскликнул наконец смятенный скиф. «Монарх боголюбивый! — Согнувшись до земли, вельможа дал ответ. — Я, раб твой, при царях полвека пресмыкался; сей памятник в моих очах сооружался, когда ещё тиран был бодр и в цвете лет; а повесть, сколько я могу припомнить ныне, о нём и прочем вышла в свет гораздо по его кончине».