Калиф

Против Калифова огромного дворца стояла хижина, без кровли, без крыльца, издавна ветхая и близкая к паденью, едва ль приличная и самому смиренью. Согбенный старостью ремесленник в ней жил; однако он ещё по мере сил трудился, ни злых, ни совести нимало не страшился и тихим вечером своим доволен был. Но хижиной его Визирь стал недоволен: «Терпим ли, — он своим рассчитывал умом, — вид бедности перед дворцом? Но разве государь сломать её не волен? Подам ему доклад, и хижине не быть». На этот раз Визирь обманут был в надежде. Доклад подписан так: «Быть по сему; но прежде строенье ветхое купить». Послали Кадия с соседом торговаться; кладут пред ним на стол с червонными мешок. «Мне в деньгах нужды нет, — сказал им простачок. — А с домом ни за что не можно мне расстаться: я в нём родился, в нём скончался мой отец, хочу, чтоб в нём же бог послал и мне конец. Калиф, конечно, самовластен, и каждый подданный к нему подобострастен; он может при моих глазах развеять вмиг гнездо моё, как прах; но что ж последует? Несчастным слёзы в пищу: я всякий день приду к родиму пепелищу, воссяду на кирпич с поникшей головой небесного под кровом свода и буду пред отцом народа оплакивать мой жребий злой!» Ответ был Визирю до слова пересказан, а тот спешит об нём Калифу донести. «Тебе ли, государь, отказ такой снести? Ужель останется раб дерзкий не наказан?» — Калифу говорил Визирь наедине. «Да! — подхватил Калиф. — Ответ угоден мне; и я тебе повелеваю: впредь помня навсегда, что в правде нет вины, исправить хижину на счёт моей казны; я с нею только жить в потомках уповаю; да скажет им дворец: такой-то пышно жил; а эта хижина: он правосуден был!»