Терновник и Яблоня

Вблизи дороги небольшой Терновник с Яблонью росли; и все, кто по дороге той иль ехали, иль шли, покою Яблоне нимало не давали: то яблоки срывали, то листья обивали. В несчастье зря себя таком, довольно Яблоня с собою рассуждала; потом накрепко предприняла обиды все переносить и всем за зло добром платить. Терновник, близ её в соседстве возрастая и злобою себя единою питая, чрезмерно тем был рад, что в горести, в тоске нет Яблоне отрад: «Вот добродетелям твоим какая мзда! Вот что за них ты получила! Но если б ты, как я, свою жизнь проводила, то б ни несчастье, ни беда не смели до тебя вовеки прикасаться. Ты стала б, как и я, покоем наслаждаться». Терновник, Яблоне слова сии твердя, над муками её язвительно смеялся. Но вдруг — откуда, как, совсем не знаю — взялся прохожий на дороге той и, Яблони прельстясь плодами, вдруг исполинскими шагами подходит к ней и мощною рукой всё древо потрясает; валятся яблоки сюда, туда, к ногам Терновника иное упадает. Прохожий же тогда, не мысля ни о чём, лишь только подбирает; и как-то невзначай за тёрн он зацепляет — мгновенно чувствует он боль в руке своей, зрит рану и зрит кровь, текущую из ней, и чает, что сея злее раны не бывает. Правдива ль мысль сия? Кто хочет, тот о том пускай и рассуждает: рука его, а не моя. Но это пусть всяк знает, что в гневе, в ярости своей прохожий до корня Терновник отсекает. Читатель! В басне сей ты можешь видеть ясно, что люди добрые хоть терпят и ужасно, хоть сильно гонят их, однако ж почитают, злодеев же тотчас немедля истребляют.