Лжец

Кто лгать привык, тот лжёт в безделице и в деле и лжёт, душа покуда в теле. Ложь — рай его, блаженство, свет: без лжи луну и жизни нет. Я сам лжеца такого знал, который никогда не выговорит слова, чтобы при том он не солгал. В то время самое, как опыты те были, что могут ли в огне алмазы устоять, в беседе некакой об этом говорили, и всяк по-своему об них стал толковать. Кто говорит: в огне алмазы исчезают, что в самом деле было так; иные повторяют: из них, как из стекла, что хочешь выливают; и так и сяк об них твердят и рассуждают; но что последнее неправда, знает всяк, кто химии хотя лишь несколько учился.

Лжец тот, которого я выше описал, не вытерпел и тут, солгал: «Да, говорит, да, так; я сам при том случился (лишь только что не побожился, да полно, он забылся). Как способ тот нашли, и до того алмаз искусством довели, что, как стекло, его теперь уж плавить стали. А эдакий алмаз мне самому казали, который с лишком в фунт из мелких был стоплён». Один в беседе той казался удивлён и ложь бесстыдную с терпением внимает, плечами только пожимает, принявши на себя тот вид, что будто ложь его он правдою считает. Спустя дней несколько лжецу он говорит: «Как бишь велик алмаз тебе тогда казали, который сплавили? Я, право, позабыл. В фунт, кажется, ты говорил?» «Так точно, в фунт», — лжец подтвердил. «О! это ничего! Теперь уж плавить стали алмазы весом в целый пуд; а в фунтовых алмазах тут и счёт уж потеряли». Лжец видит, что за ложь хотят ему платить, уж весу не посмел прибавить и лжей алмаз побольше сплавить; сказал: «Ну, так и быть, фунт пуду должен уступить».