Повар и Портной

Удобней повару и жарить и варить, как о поваренном портному говорить. Не знаю было где, в Литве ли или в Польше, тот ведает про то, кто ведает побольше. Я знаю только то, что ехал пан, а ехал из гостей, так ехал пьян. Навстречу вдруг прохожий, и сицелся с паном — рожа с розей. Пан спесью и вином надут. Под паном двое слуг коня его ведут. Конь гордо выступает, пан в спеси утопает, подобно как петух. За паном много едет слуг. А встретившийся с ним в одежде идёт скудной. Пан спрашивал его, как человек рассудный: «Какое ремесло имеешь за собой?» «Приспешник, государь, стоит перед тобой». «Коль так, ответствуй мне, доколь не плюну в рожу: когда приспешник ты, так знаешь ли ты вкус, чтó почитаешь ты за лучший кус?» «У жареного поросёнка кожу», — ответствовал приспешник так. «Ты — повар не дурак, — пан говорил ему, — и дал ответ мне смело; поэтому своё ты прямо знаешь дело». И по словах его пан щедро наградил, подобно как отец, хотя и не родил. Приспешник с радости мой, поднимая ноги, помчался вдоль дороги. Навстречу повару дорогой шёл одной — а кто? Портной. Знакомцы оба, притом же и друзья, хотя и не до гроба, однако же друзья. «Куда ты, брат Илья, бежишь поспешно?» Другой ответствует: «Теперь уж я скажу смеленько, брат, что мастерство приспешно получив твоего; не знаешь ничего ты, пьяница Петрушка, что будет у Ильи великая пирушка! Взгляни на мой карман. Довольны мы с женою оба, и не прожить нам с ней до гроба, что дал нам пан, который лишь теперь проехал пьян». И вытянул мешок со златом он с лисёнка. «Вот что от пана я достал за поросёнка!» И денежки в мешочке показал, притом всё бытие приятелю сказал. Портной, на деньги глядя, тает, из зависти он много их считает и помышляет так: «Конечно, пан — дурак, что дал за поросёнка мешок он золота с лисёнка? И сам я побегу и господина настигу; и если мудрость вся лишь в коже поросячей, так я его обрею, как подьячий». Сказав сии слова, пустилась в путь безумна голова. Пан ехал тихо, портной бежал мой лихо и вмиг боярина настиг. Кричит: «Постой, боярин! Я не татарин и не срублю, я не имею сабли, не погублю. Все члены у меня в бежанши ослабли. Приспешник я, не вор». Пан, слыша разговор и видя за спиною бегущего не вора с дубиной, коня сдержал. Портняжка прибежал, пыхтит и, как собака, рыят и чуть зевает, лишаяся бегом сил. Тогда его боярин вопросил: «Зачем ты, скот, за мною без памяти бежал? Лишь только ты меня, безумец, испужал; я думал, что бежит разбойник с дубиной». Портняжка говорит: «Не вор я, государь!» А пан ему на то: «Какая же ты тварь?» «Я мастерство, — сказал, — приспешное имею, и хорошо варить и жарить я умею». Пан тотчас вопросил: «Что слаще у быка?» Сказал безумец: «Кожа». Тотчас раздулися у повара бока, и рожа, и брюхо и спина плетьми ободрана. Пошёл портняжка прочь не спешно и плачет неутешно — клянёт боярина и мастерство приспешно.