Соловей и Кукушка

По мрачной нощи приятно воспевал на древе Соловей; еще прекрасная тогда казались рощи от песни сей. Робята у дерев тут ветви отнимали, деревья свежие ломали и песне Соловья нимало не внимали. Кукушка говорит: «Ты пой или не пой, невнятен, Соловей, прохожим голос твой; такая песенка приятна не бывала. А если я открою рот, так пенье в рощах сих пойдет наоборот». Закуковала и вбит на суку. Робята песню ту внимают и прутья не ломают, да только лишь кричат за ней: «куку, куку». Кукушке подражать не трудно: она поет не чудно. С пастушкой шёл пастух, и стали зажимать от хорной песни слух. Потом и Соловей запел; они внимают, увеселяя дух, а те опять себе деревья тут ломают. «Что? — спрашивал Кукушку Соловей, — не лучше ль песенка твоя моей?» Достойной похвалы невежи не умалят, а то не похвала, когда невежи хвалят.