«Нет, мне не жаль цветка, когда его сорвали...»
Нет, мне не жаль цветка, когда его сорвали,
Чтоб он завял в моем сверкающем бокале.
Сыпучей черноты меж розовых червей,
Откуда вырван он,– что может быть мертвей?
И нежных глаз моих миражною мечтою,
Неужто я пятна багрового не стою,
Пятна, горящего в пустыне голубой,
Чтоб каждый чувствовал себя одним собой?
Увы, и та мечта, которая соткала
Томление цветка с сверканием бокала,
Погибнет вместе с ним, припав к его стеблю,
Уж я забыл ее,– другую я люблю...
Кому-то новое готовлю я страданье,
Когда не все мечты лишь скука выжиданья.
Чтоб он завял в моем сверкающем бокале.
Сыпучей черноты меж розовых червей,
Откуда вырван он,– что может быть мертвей?
И нежных глаз моих миражною мечтою,
Неужто я пятна багрового не стою,
Пятна, горящего в пустыне голубой,
Чтоб каждый чувствовал себя одним собой?
Увы, и та мечта, которая соткала
Томление цветка с сверканием бокала,
Погибнет вместе с ним, припав к его стеблю,
Уж я забыл ее,– другую я люблю...
Кому-то новое готовлю я страданье,
Когда не все мечты лишь скука выжиданья.
