Возвращение Телемаха на Итаку

Покинув Одиссея, обращённого в нищего, богиня Афина-Паллада направилась в Спарту и быстро достигла её. Пошла она во дворец царя Менелая прямо в тот покой, где спал Телемах с Писистратом. Спокойно спал Писистрат, сон же Телемаха был тревожен. И во сне думал об отце Телемах, скорбя о нём. Подошла Афина к изголовью сына Одиссея и сказала ему: «Пора тебе, Телемах, вернуться на родину, где бросил ты всё своё имущество. Буйные женихи расхищают его, всё расхитят они, если ты не вернёшься. Подумай и о том, как изменчивы женщины. Если мать твоя согласится выйти замуж за Эвримаха, то забудет она тебя и будет заботиться лишь о детях от второго мужа. Возвращайся скорей домой. Но помни одно: женихи готовят тебе засаду. Чтобы избежать её, проплыви ты ночью мимо острова, а утром, на рассвете, причаль в скрытом месте к берегам Итаки. Корабль отошли потом в город, сам же пойди к свинопасу Эвмею, а от него пошли вестника сообщить Пенелопе о твоём прибытии». Сказав это, удалилась Афина. Телемах тотчас разбудил Писистрата и стал торопить его отправиться в обратный путь в Пилос. Но Писистрат уговорил Телемаха подождать утра. Нельзя было ночью покинуть Менелая, не простившись с ним. Послушался Телемах совета Писистрата. Вскоре взлетела на небо и богиня зари Эос. Наступило утро. К юношам вошёл царь Менелай. Встретил Менелая сын Одиссея в дверях и обратился к нему с просьбой скорее отпустить его домой, в Итаку. Не стал Менелай удерживать Телемаха, но только просил его подождать, пока приготовит он подарки, а тем временем просил подкрепиться перед отправлением в путь пищей. Менелай пошёл приказать рабам готовить скорее трапезу. Затем, позвав Елену и сына Мегапента, пошёл с ними в свою сокровищницу. Там выбрал он дары для Телемаха; прекрасная Елена тоже выбрала подарок – вытканное ею самой роскошное одеяние для будущей невесты Телемаха. Подкрепившись пищей и приняв дары от Менелая, собрались юные герои отправиться в путь. Менелай вышел из дворца с кубком вина, призвав богов, совершил возлияние и просил юношей передать его привет старцу Нестору. Когда Телемах вошёл в колесницу и взял уже в руки вожжи, вдруг взвился над дворцом орёл, несший в когтях гуся. Слуги Менелая с криком бежали за орлом. Но он взмыл кверху и скрылся вправо от дворца. Все поняли, что это знамение богов, а Телемах просил Менелая объяснить знамение. Задумался царь Спарты. За него ответила прекрасная Елена: «Выслушайте то, что скажу я вам! Это внушили мне боги-олимпийцы. Как похитил орёл гуся и растерзал его, так и Одиссей, вернувшись домой, убьёт женихов. Может быть, даже вернулся он и замышляет уже гибель женихам». – «О, прекрасная Елена! – воскликнул Телемах, – если великий Зевс исполнит то, что говоришь ты, то я, вернувшись домой, буду чтить тебя, как богиню». С этими словами ударил по коням Телемах, и быстро понеслись кони по пути к Пилосу. Переночевали в пути юноши в Фере у героя Диокла, а на следующий день прибыли в Пилос. Упросил Писистрата Телемах не заезжать во дворец к Нестору; боялся сын Одиссея, что ещё на день задержит его старец. Согласился Писистрат и отвёз своего друга прямо к кораблю, хотя и знал, что недоволен будет этим его отец. Писистрат даже стал торопить Телемаха скорее отплыть, чтобы не пришёл на берег, узнав об его возвращении, сам Нестор и не задержал его. Поспешно поставили мачту спутники Телемаха и уже хотели отчалить от берега, как подошёл к кораблю вещий Феоклимен. Он бежал из Аргоса, боясь мести за совершённое убийство. Феоклимен просил Телемаха взять его на корабль и отвезти в Итаку; там не стали бы преследовать его родственники убитого. Согласился Телемах и взял на корабль Феоклимена. Быстро отчалил корабль и понёсся, гонимый попутным ветром, в открытое море. В это время Одиссей был ещё у Эвмея. Утром Одиссей хотел идти собирать подаяние в город; он даже думал просить женихов взять его в услужение. Но Эвмей уговаривал его не делать этого, рассказав Одиссею, как буйны и жестоки женихи. Тогда стал расспрашивать Одиссей об отце своём Лаэрте и жене Пенелопе. Всё рассказал ему Эвмей, не подозревая, что рассказывает он это не страннику, а самому Одиссею. Наконец, Одиссей просил Эвмея рассказать ему о том, как попал сам Эвмей на Итаку. Охотно согласился Эвмей и рассказал Одиссею, что сам он родом с острова Сиры и сын царя Ктесия. Однажды на остров прибыли финикийские купцы. Они уговорили рабыню его отца, тоже финикиянку родом, похитить его у отца, обещав вернуть её за это на родину. Согласилась рабыня, тайно вывела его из дворца и отвела на корабль финикийцев. Отплыли финикийцы в море, направляясь к берегам Финикии. Шесть дней плыли они. На седьмой день поразила своей стрелой богиня Артемида предательницу-рабыню. Финикийцы же, пристав к Итаке, продали маленького Эвмея Лаэрту. Внимательно слушал рассказ Эвмея Одиссей. Была уже поздняя ночь, когда кончил рассказ свой Эвмей. Легли спать Одиссей и Эвмей, но недолог был их сон, – скоро разгорелась на небе утренняя заря, и должны были покинуть они своё ложе. В это утро прибыл на Итаку и Телемах. Он пристал в укрытом месте к берегу, как повелела ему Афина, сошёл с корабля, попросил своего друга Перайя приютить на время Феоклимена и собрался уже идти к Эвмею. Вдруг над ними показался сокол с голубкой в когтях. Взял Феоклимен Телемаха за руку и тихо сказал ему: «Счастливое это знамение, Телемах. Нет более могущественного рода в Итаке, чем твой род. Вечно будете вы властвовать над всей Итакой». Возрадовался этому предсказанию Телемах. Отправил он своих спутников на корабле в городскую гавань, а сам, радостный, пошёл к свинопасу Эвмею. Рано проснулись Одиссей и Эвмей. Приготовили они себе завтрак и стали подкреплять свои силы пищей. Вдруг собаки Эвмея бросились с весёлым лаем навстречу приближающемуся Телемаху и стали к нему ласкаться. Одиссей услыхал шаги, тотчас показался у входа в жилище Эвмея и сам Телемах. Вскочил ему навстречу свинопас Эвмей. Обнял он вошедшего Телемаха и, проливая слёзы радости, стал целовать его. Так рад был Эвмей возвращению Телемаха, как рад бывает отец возвращению единственного сына после долгой разлуки. Встал Одиссей, он хотел уступить своё место вошедшему сыну. Ласково обратился к нему Телемах и сказал: «Сядь, странник! Не беспокойся, мне приготовит место, где сесть, Эвмей». Эвмей поспешно приготовил Телемаху сидение и подал ему пищи и вина. Во время трапезы Телемах спросил Эвмея, откуда этот странник, кто привёз его в Итаку. Рассказал ему Эвмей ту вымышленную историю, которую он сам слышал от Одиссея, и просил принять странника в своём доме. Но Телемах не мог обещать сделать это. Как мог он, ещё такой юный, справиться с буйной толпой женихов? Он мог лишь обещать прислать страннику новую одежду и меч в подарок и помочь ему вернуться на родину. Пожалел Одиссей Телемаха и стал, словно ничего не зная, расспрашивать его о буйстве женихов и спрашивать, не враждебно ли относится к нему народ Итаки и его родственники. «Лучше уж быть убитым в своём доме, попытавшись силой изгнать буйных женихов, чем сносить оскорбления и видеть разграбление своего имущества», – такими словами кончил свои расспросы Одиссей. Но что мог ответить на это Телемах, он мог лишь сказать, как трудно ему, единственному сыну, бороться с буйной толпой женихов, замышляющих к тому же убить его. Телемах опасался даже сообщить Пенелопе о своём возвращении. Он послал Эвмея в город и велел ему тайно передать матери, что он вернулся, чтобы не узнали этого женихи. Известить же старца Лаэрта, который тоже страшно беспокоился о судьбе своего внука, должна была Пенелопа, послав к нему одну из верных рабынь. Поспешно ушёл Эвмей исполнять поручение Телемаха. Лишь только вышел он, как явилась пред Одиссеем незримая для Телемаха богиня Афина-Паллада; вызвала она Одиссея из хижины и там, у ограды двора, вернула ему прежний образ, коснувшись его жезлом, и повелела открыться Телемаху. Когда Одиссей вернулся в хижину, с удивлением посмотрел на него Телемах; он думал, что ему явился один из бессмертных богов, так был красив и величествен Одиссей. «О, странник! – воскликнул Телемах, – в ином виде являешься ты мне теперь! Ты – один из бессмертных богов! Смилуйся над нами! Великие жертвы принесём мы тебе». – «Нет, не бог я! – ответил Одиссей, – я твой отец Одиссей, ради которого терпел ты обиды от буйных женихов». С любовью обнял Одиссей своего сына и со слезами поцеловал его. Но Телемах не мог сразу поверить, что действительно вернулся, наконец, на родину его отец. Ведь только что видел он его в образе старого, несчастного странника. Как мог он измениться так, разве может смертный творить такие чудеса? Сомнение овладело Телемахом. Одиссей же рассеял это сомнение, сказав, что богиня Афина превратила его в странника, она же вернула ему и его настоящий образ. Поверил тогда Телемах, что пред ним стоит его отец. Обнял он отца. Слёзы радости полились у них из глаз. Наконец, когда прошла первая радость свидания, Телемах спросил отца, как вернулся он на родину, кто привёз его на Итаку на быстроходном корабле. Рассказал Одиссей сыну, как привезли его феакийцы, как скрыл он дары феакийцев в глубокой пещере и как богиня Афина встретилась ему и послала его к Эвмею. Одиссей стал расспрашивать Телемаха о женихах. Он пылал негодованием и хотел отомстить им за все обиды. Возможно ли это? Ведь женихов много. Со всех сторон собрались они. Их сто шестнадцать человек. Разве могут двое – Одиссей и Телемах – вступить с такой толпой в открытый бой? Но у Одиссея есть могучие помощники, с которыми не могут бороться смертные, как бы много их ни было, эти помощники – громовержец Зевс и дочь его Афина-Паллада. Надеясь на их помощь, решил так действовать Одиссей: Телемах должен был идти в город к женихам, а за ним придёт и он сам, под видом нищего-странника, с Эвмеем, как бы для того, чтобы собирать подаяние. Как ни станут оскорблять его женихи, всё будет терпеть Одиссей. Затем по данному знаку Телемах должен вынести оружие, оставив лишь оружие для себя и для отца. Главное же необходимо хранить в глубокой тайне возвращение Одиссея, чтобы никто не знал об этом, даже Пенелопа, так как не все рабы и рабыни сохранили верность Одиссею. Долго совещались Одиссей с Телемахом.