Читать сказку про последний жёлудь
В самой гуще дремучего леса, где только мхи да ветки стоял большой и древний дуб. Пришла золотая осень. Лиственный лес пожелтел, а земля под дубом-великаном усыпалась блестящими бурыми желудями.
Их было много, но лесные жители — проворные, голодные и запасливые — быстро разобрали дары дуба. То кабан-боров тяжёлым рылом прошерстит ковёр из листьев, то белка-хлопотунья припрячет лакомство в тайник, то заяц погрызёт, то сорока утащит в своё гнездо.
И вот на самой нижней ветке качнулся и хлопнул по листу, последний жёлудь. Крепкий, лаковый, словно маленькое сокровище.
Первым его заметил Кабан. Уткнулся мордой в ствол, прищурил маленькие глазки и ждёт. Хрюкает от нетерпения: «Сейчас упадёт! Сейчас!» А жёлудь, будто на зло, держится крепко.
Мимо пролетала чёрная, как уголь, Ворона.
— Кар-р! — крикнул Кабан. — Ворона! Скинь мне этот жёлудь! Силёнок не хватает стукнуть!
Ворона, любившая всё, что блестит и катится, с радостью клюнула крепким клювом. Жёлудь сорвался и, подпрыгнув, покатился по склону.
Но под старым дубом, меж корней, была уютная норка серой Мышки. Прямиком в её норку, словно гость, и закатился этот желудь.
— Выходи, Мышка! — рявкнул Кабан. — Отдавай моё! Это мой жёлудь!
Мышка выскочила, держа добычу передними лапками.
— Нет, мой! Он сам ко мне в норку закатился!
— Кар-ррамба! — вмешалась Ворона, сев на ветку. — Я его клюнула и сбросила! Значит, мой!
— Я первый увидел! — упёрся Кабан.
— Он в моей норке! — пищала Мышка.
— Я его добыла! — каркала Ворона.
Шум, гам, спор такой поднялся, что сонный старый Медведь в своей берлоге повернулся на другой бок, а потом и вовсе вышел, почесывая бок.
— М-да-а… — проворчал он басом. — Кто это тут мир в лесу тревожит? Спят все, а у вас ярмарка?
Зверушки, перебивая друг друга, стали жаловаться.
— Дядя Миша, рассуди! Жёлудь один, а нас трое! Как делить?
— Он в моей норке! — повторила Мышка.
— Я его с дуба стукнула, чтобы он упал! — сказала Ворона.
— Я его стерегу с самого утра, чтобы он не пропал впустую! — заявил Кабан.
Медведь сел на корточки, взял у Мышки жёлудь, покрутил его в своих огромных лапах и вздохнул:
— Каждый из вас, конечно, прав по-своему. Ты, Мышка, мала — тебе и кусочек мал. Ты, Ворона, побольше — тебе и кусок побольше. А ты, Кабан, и вовсе велик — тебе целый жёлудь подавай. Так?
— Так! — хором согласились звери.
— Но глядите, — продолжил Медведь, — жёлудь-то один, и он так мал, что, если его разделить, никто не будет сытым. Одному крошка достанется, другому — полкрошки, третьему — пусто. Есть у меня идея получше. Давайте мы не будем его делить, а… посадим.
Звери замерли в изумлении.
— Посадим этот жёлудь в землю. Он пустит росток, потом будет деревце, а через годы — новый могучий дуб. И будет он каждый год ронять не один, не два, а сотни и тысячи таких же желудей. И тогда все в лесу: и вы, и ваши дети, и дети ваших детей — будут сыты. Справедливо?
Тишина повисла в лесу. А потом Мышка просияла, Ворона захлопала крыльями, а Кабан радостно хрюкнул.
И вот, все вместе начали сажать желудь в землю. Медведь выбрал место. В том месте Мышка вырыла ямку. Кабан копытцем придавил и прикопал землёй. А Ворона принесла в клюве капельку воды. Так и посадили все вместе.
С тех пор на том самом месте и правда растёт молодой дубок. Он ещё не такой высокий, но каждый год щедро роняет на подножье много спелых желудей. А звери помнят: самое большое сокровище — не то, что съел один, а то, что можно вырастить и разделить на всех.